.над i.
Я хочу на север. Это просто какое-то безумное желание, глубоко в крови. Которая начинает бежать быстрее и сердце колотить, при виде фотографий, надписей, упоминаний о севере. Не знаю откужа во мне это все. Но желание становится почти нестерпимым периодами. Особенно, когда почитываешь это сообщество.
Может и правда забить на учебу и уехать на недельку. Только бы не одной...
Увлечение карелией и северной Россией доходит до смешного... Как-то я положила стихи на музыку... Очень длинные стихи, в 8-10 строф. Так вот эту песню могу слушать и играть, наверное, только я. Но она мне очень нравится. Хоть стихи и далеко не мои.
Как зарок от суесловья, как залог
и попытка мою душу уберечь,
море входит в эту книгу между строк:
его говор, его горечь, его речь.
Не спросившись, разрешенья не спросив
вместе с солнцем, вместе с ветром на паях,
море входит в эту книгу, как курсив,
как случайные пометки на полях.
Как пометки эти дюны, эта даль,
этих сосен уходящих полукруг.
Море входит в книгу, как деталь,
всю картину изменяющая вдруг.
Всю картину своим гулом окатив,
незаметно проступая между строк,
море входит в эту книгу, как мотив
бесконечности и судеб, и дорог.
Бесконечны эти дюны, этот бор,
эти волны, эта темная вода.
Где мы виделись когда-то? Nevermore.
Где мы встретимся с тобою? Никогда.
Это значит, что бессрочен этот срок,
это время не беречься, а беречь.
Это северное море между строк,
его говор, его горечь, его речь.
Это север, это северные льды
сосен северных негромкий разговор.
Голос камня, голос ветра и воды,
голос птицы из породы nevermore.
______
Юрий Левитанский
Может и правда забить на учебу и уехать на недельку. Только бы не одной...
Увлечение карелией и северной Россией доходит до смешного... Как-то я положила стихи на музыку... Очень длинные стихи, в 8-10 строф. Так вот эту песню могу слушать и играть, наверное, только я. Но она мне очень нравится. Хоть стихи и далеко не мои.
Как зарок от суесловья, как залог
и попытка мою душу уберечь,
море входит в эту книгу между строк:
его говор, его горечь, его речь.
Не спросившись, разрешенья не спросив
вместе с солнцем, вместе с ветром на паях,
море входит в эту книгу, как курсив,
как случайные пометки на полях.
Как пометки эти дюны, эта даль,
этих сосен уходящих полукруг.
Море входит в книгу, как деталь,
всю картину изменяющая вдруг.
Всю картину своим гулом окатив,
незаметно проступая между строк,
море входит в эту книгу, как мотив
бесконечности и судеб, и дорог.
Бесконечны эти дюны, этот бор,
эти волны, эта темная вода.
Где мы виделись когда-то? Nevermore.
Где мы встретимся с тобою? Никогда.
Это значит, что бессрочен этот срок,
это время не беречься, а беречь.
Это северное море между строк,
его говор, его горечь, его речь.
Это север, это северные льды
сосен северных негромкий разговор.
Голос камня, голос ветра и воды,
голос птицы из породы nevermore.
______
Юрий Левитанский
Но я ее люблю петь
А куда ты обычно ездишь?
Вообще хочу съездить в Беломорск а от туда на Соловки, еще на Валаам хочу еще раз попасть...Карелия рулит...Если соберемся падай на хвост.
Ну просто пока вооообще никак времени нет
Хорошо
Ну-ну, не обольщайся. : )
После второго прослушивания слова запомнились сами по себе, что меня редкость. Так что не клевещи на песню, никакая она не нудная. *)
Ой, Ларрь, как я тебя давно не видела
Ты меня радуешь
Даст Бог, попаду когда-нибудь...
О, там чудесно совершенно
а ввы хде?
Меня опасно приглашать- объявлюсь ведь