"Беги, беги!- стучалось в голове, отчаянно наскакивая от неровных толчков- мысли. Оставалось 10 минут. 10 минут до 12. 10 минут, как все произойдет, а ты все опоздаешь...-Беги!"
Как так получилось, что выбежав на китай-городе из метро я вдруг совсем рядом ощутила те минуты, что остаются самыми последними перед Входом. Каким-то чудом я успела добежать до духовника- он совсем в другом храме- встать вперед на исповеди, будто так и надо, будто вовсе и не я не попадала к нему почти весь пост, передавай приветы через родителей- и, что самое удивительное- он как почувствовал в своем белоснежном облачении, вызвал меня тотчас же. Улыбнулся. Простил. Оставалось за полчаса добежать до Троицы в Хохлах- так уж у меня жизнь построена- хожу с пеленок в Никола-в-Кузнецах, а на все ночные и яркие службы бегу в Троицу в Хохлах- Храм о. Алексея, моего Учителя и Наставника, Духовника гимназии. Мы уже с одноклассниками и не созваниваемся перед тем- знаем, кто сможет- тот придет.
Бегу. Ступенька, вторая и- слышу спиной- храмовые колокола гудят звонко, гулко отдаваясь по всем улицам. Началось. Впереди Одна большая горка- Ивановский монастырь, Свято-Владимирский храм и еще одна большая горка и- Троица. А уже начинается... И я- бегу.
Вверх. И тут вижу- с холма рекой спускается, ярким пересветом красных огоньков- Ивановцы пошли, уже в крестный ход... а я... Глотаю слезы. Бегу быстрее-
за решеткой высоких прутьев, задумчиво переплетенных головами- светится Свято-Владимирский, стоит весь Крестный ход у дверей, поет радостные песнопения... Сердце ухает, но не сдается- продолжает бежать. Вверх и выше. В голове образы- так ведь и ко Христу на гору бежали.
Переулки совсем темные, неровные, расплываются от дыхания...
Поворот- гулкий удар колокола. Одиночный. Разносит весть еще скорбную по всем окрестностям.. И стоят люди внутри- недвижные. С мягким отсветом свечей на лицах. Еще в храме.
Еще без одной минуты 12.
Это мой храм.
Успела!
читать дальшеЖаркая, пробираюсь вперед, интуитивно- наши. Вера с Петей. Петя молча отдает еще незажженную свечку мне, идет покупать.
- Он как знал, что ты придешь - не зажигал- шепчет радостный Верин голосок. И я удивляюсь- чудно, Господи, чудно. Только возвращается- открываются Врата. Идут. Идем. Поем..
Ветер на улице- трепет, весь день лютовал, задувает свечи, но нам уже радостно, мы то тут то там заимствуем огонек. А уже обошед вокруг- видим мелькнувших Ирку и Сережку, бегом побежавших "догонять" крестный ход. Успели.
Звон. Ликования. Песнопения- Открылись!
Радостно стоять со своими, чувствовать остро мысли, делить одно ощущение- света. Видеть батюшку- измотанного, но сияющего Праздником.
Три девочки впереди, два мальчика позади. Как когда-то. И то мы говорим- нам сзади "Ну что ж вы прямо как маленькие- тихо!"- а то они забасят, и мы, ничуть не лукавя- одернем.
И причащаться, тихо переговариваясь с Петей- все мы меняемся со временем. В 11 мы почти не общались, сейчас- он осторожно протаскивает через толпу к себе и ставит перед собой- причащаемся же.
- Мы с тобой, Петь, каждый раз вот так вдвоем причащаемся. Остальные то не могут, то еще что-то.
- Да не, я не всегда- вот в прошлый раз, на Рождество..
- Я тоже в прошлый не смогла- улыбаюсь- на поезд опоздала и не приехала.
И он улыбается в ответ- одними глазами- губы уже заняты "Христос Воскресе из мертвых..."
А потом шумно разбить принесенные мной яички. Скушать, ощущая то, как хорошо жить и знать всех этих близких людей. Хорошо...
Ночь во всю полыхает звездами, служба завершается, радостным "Христос Воскресе!". У меня целых ворох смсных поздравлений от тех, кто не смог- для всех. Светло как-то и душевно. Идем. Куда? Не знаем, но ноги сами как-то несут к школе.. И слышали, будто не рады там теперь выпускникам. Но... будто тянет.
Она не изменилась- такая же стройная и в то же время нелепая. Правда радует- в детском туалете (зашли в младшую, у нас два здания)- заделали наконец окно.
Дальше, наверное, идти надо- не здесь же оставаться, директрисса придет, ругаться будет- думаем мы, а сами уже сидим на лавочках, смотрит детские рисунки, оценки, фотографии. И тут через окно трапезной- Марина Леонидовна!- а мы как дети- схватили вещи, бегом на улицу. Хорошо хоть там вспомнили, что уже дяди и тети, а кто-то и женится скоро- остановились, пошли здороваться.
- Христос Воскресе!
- Ой, воистину Воскресе, дорогие! Как-то уж я рада вас видеть. Вот примерные дети, вот самые настоящие, верные, вот они самые-самые ученики школы.- застывшие, ошеломленные, стоим. Улыбки светятся робко в глазах- "это вы правда про нас?" Пока учились вот бы почаще слышать такое, да тогда видимо воспитывали
- Марина Леонидовна- а можно...-говорю я замирая- мы тут до метро посидим?
- Конечно, можно!- так радостно, будто могло быть иначе.- Только чур не напиваться и так далее.
- Ну что вы!- смеемся, и бежим в магазин. А нам вослед: "Вы куда?"- с такой искренне обеспокоенностью...
Хорошо. Правда Петя ушел домой- ему недалеко- очень устал. Но зато как мы-то посидели! Я, Ирка, Сережка, Верка- и ночи было мало. Болтали, смеялись. Как будто так было всегда и не расставались вовсе. Но уже такие вопросы- квартиры, женитьбы, детей. А когда-то только о конце света говорили
И даже вспоминали со смехом общее прошлое- Киев, Сережка бегал и смеялся по улице- "Погоди, погоди, я все пропустил, ну так и что дальше?"- а я ведь всего лишь рассказывала всем известные случаи.
А потом, уже в метро, мне было в одну сторону- остальным в другую. И мы стояли, а мои глаза перебегали с одного лица, на другое и я молчала, просто не зная что делать- кого обнимать, и как передать то, что чувствую... И они такие же были- ощеломленные, счастливые, светлые. Слов не требовалось. Верка первая поцеловала, решив наконец мою дилемму "с кого начать".
А потом, уже скача по эсколатору- я вспоминала осторожные объятья Сережки и сияющий Иркин взгляд.
А наверху уже брезжил рассвет.. И в голове складывались строчки:
Весь мир любовью дышит-
Пасхальный перезвон,
Сопят на крыше мыши,
а кот залез в бидон
Светло!
Христос Воистину Воскресе!